«Если душа родилась крылатой...»

КУЛАГИН-Шуйский Игорь ВСЁ ЧЁРНОЕ КУДА-ТО ВДРУГ УШЛО

 

 

Игорь КУЛАГИН-Шуйский 



КРУЖЕВНИЦА

В душе проснувшейся моей
Опять видение -
Сквозь вязь ажурную ветвей 
Зари вплетение.
Густеют тени на снегу...
Взмываю птицею.
Налюбоваться не могу
Я кружевницею.

У кружевницы наперёд
Напрасно спрашивать...
Она без спроса позовёт
Из дня вчерашнего;
Не обещая, не суля,
С ветвей берёзовых
Прольётся в белые поля
Оттеноком розовым.

А у весны порядок свой -
Мой взор туманится...
Глаза как крепко ни закрой -
Свет в них останется!
Густеют тени на снегу...
Взмываю птицею.
Налюбоваться не могу
Я кружевницею!
20.02.2018

Tropinin lacemaker.jpg

В. А. Тропинин  Кружевница. 1823

Холст, масло. 74,7 × 59,3 см

Третьяковская галерея, Москва

 


ВСЁ ЧЁРНОЕ КУДА-ТО ВДРУГ УШЛО

 

Это счастье – поймать

аромат пробудившихся строк. –

За окошком зима,

а как будто пахнуло сиренью.

И уже не уснуть,

не доверив бумаге восторг

окрылённых минут,

превратившихся в стихотворенье!

 

 

* * *

В гостях сегодня был уже мороз,

Но я ещё на солнце уповаю…

Заиндевевшую, последнюю из роз

В моём саду я для тебя срезаю!

 

* * *

Река замёрзла.

Я иду по льду.

Прозрачен лёд –

Я дно речное вижу.

Там солнца луч

В песок зарылся рыжий,

Как будто бы его и не найдут.

А я нашел ...

И стало мне тепло,

Светлее как-то, радостнее стало.

Всё чёрное куда-то вдруг ушло,

Как будто бы и не существовало.

 

ПЕРВЫЙ СНЕГ

Вот и снег, и мой след на снегу

Долгожданном, волнующем, первом...

Я восторга сдержать не могу –

Закричу и расплачусь, наверно.

Этот – снег!

Этот – след!

Этот – хруст ...

Этот стук из груди...

Эти слёзы...

Я по снегу к тебе доберусь

Добрым вестником Деда Мороза!

Я румянцем тебя одарю,

Загляну в ненаглядные очи

И увижу в них – счастья зарю,

И прочту: «Я люблю тебя очень!»

Этот – снег!

Этот – след!

Этот – хруст ...

Этот стук из груди...

Эти слёзы...

Я по снегу к тебе доберусь

Добрым вестником Деда Мороза!

  

*  * *

За всё невольное – прости!

За всё, что так или не так…

Свои обиды отпусти,

А про меня скажи: «Чудак!»

И я с тобою соглашусь.

Со мной моих ошибок груз,

Моя печаль, души разлад…

О, если мог бы снегопад

Засыпать боль, смирить, унять…

Но набело переписать

Жизнь невозможно.

Я – в пути.

За всё невольное – прости!

 

СНЕГИРИ

Мы ничего себе не просим.

Душе покойно и светло.

С берёз давно вспорхнула осень

И рощу снегом занесло.

Искрящийся, пушисты, белый…

Ну посмотри ты, посмотри,

Как независимо и смело

На ветках рдеют снегири.

И мы с тобой, как эти птицы,

Легки, свободны и горды.

Вернётся всё. Всё повторится.

И всё рассеется, как дым…

Мы ничего себе не просим.

Душе покойно и светло.

С берёз давно вспорхнула осень

И рощу снегом занесло.

 

* * *

"Клён ты мой опавший..."

Арбат. Вахтангов. Дом актёра –

Я здесь Есенина пою.

Декабрь метелится в аккордах

У клёна в роще на краю.

Горят в снегу рябины кисти...

Но снегу их не загасить –

Он лишь становится искристым

И сам готов уж слёзы лить.

И наслаждение, зажмурясь,

Уже в объятия берёт

Сквозь расступившуюся хмурость

И потеплевший взоров лёд.

 

 

 

СТАРЫЙ СОН

Памяти дяди Саши Братолюбова

Гудок пронзительный...

И яростно

Пар оттолкнул назад перрон,

И вздрогнули колёса красные,

И закрутился старый сон...

Лет где-то шесть мне.

Я в Иваново

На всех парах лечу опять

С моею ненаглядной мамою —

Счастливый Новый год встречать.

А вот и улица знакомая

Искрится снежным серебром,

Где светом сквозь стекло оконное

Зовёт к себе заветный дом.

Вот...

Вот оно — тепло домашнее!

Вот счастья подкативший ком —

В руках надёжных — дяди Сашиных —

Над ёлкой я — под потолком.

  

*  * *

Я к изразцам прильну спиной –

Я снова в детстве.

Пускай бушуют за стеной

Метели бедствий.

Пусть по дорогам и дворам

Лютует злоба,

А у печи по вечерам

Уют особый.

Играют блики на полу,

Кружатся тени...

И я на сказочном балу

Надежды пленник:

Вот распахнётся настежь дверь

Улыбкой мамы

И вовсе не было потерь –

Я тот же самый.

Пускай меня — в который раз —

Мечта обманет.

Давнишней сказки пересказ

Влечёт и манит.

А печь трещит-трещит себе,

Теплом врачуя...

И боль становится слабей,

И жить хочу я.

 

*  * *

Горит камин и ёлка в огоньках,

И на столе на скатерти крахмальной

Стоят бокалы, точно на часах,

Готовые разбрызгать звон хрустальный…

  

 * * *

Шары, гирлянды, мишура и ленты…

Не ошибусь я и на полпроцента –

К нам постучится Счастье что есть мочи

Хрустальным звоном Новогодней ночи!


КУРАНТЫ БЬЮТ ДВЕНАДЦАТЬ

Друзья мои,

Куранты бьют двенадцать,

И новый круг отмерен жизнью нам.

Его пройти бы и не спотыкаться,

Не потерять бы и не потеряться,

И чтоб вино текло не по усам!

Друзья мои,

Куранты бьют двенадцать!

Да пусть прощённый тоже бы прощал...

А почему бы за руки не взяться,

Понять друг друга и не расставаться?!

Куранты бьют! Но это не финал.

Друзья мои,

Куранты бьют двенадцать!

Огни сверкают. Белый снег кружит.

Мы в кураже – нам нечего стесняться,

Поднимем же свои бокалы, братцы,

И выпьем дружно за любовь и жизнь!

Друзья мои,

Куранты бьют двенадцать,

И новый круг отмерен жизнью нам.

Его пройти бы и не спотыкаться,

Не потерять бы и не потеряться,

И чтоб вино текло не по усам!

 

ВЕТЕР

Не загадывай, не надо,

Не надёжная примета.

Если мы друг другу рады,

Значит в душах наших – лето.

Ничего, что ночью мглистой,

Снег бросая нам в окошко,

Ветер сердится и злится…

Но, поверь мне, он хороший.

Неожиданною лаской

Ветер тронет за живое.

Не заметишь ты, как в сказке

Мы окажемся с тобою

Там, у моря; там, где счастье

Распустило парус алый…

У него довольно власти,

Чтоб зима вдруг летом стала.

И не снег, – туман тягучий

Вот укутывает плечи…

– Знаешь что?

Давай-ка лучше

Мы на стол поставим свечи.

Треск свечей и ветра песни…

Что желать ещё?

Не знаю.

Ветер, ветреный кудесник,

Что-то снова затевает.

 

ЛУЧИК СОЛНЦА МОРОЗНОГО

Это странная парочка –

Музыкант и кухарочка.

Под аккорды гитарные

Сковородка шкварчит.

За окошком метелица

Под берёзами стелется,

А на кухне веселье вот

Без особых причин.

Ничего необычного –

Исключительно личное.

Перед взглядом улыбчивым

Взгляда не отвернуть.

Без намёка серьёзного

Лучик солнца морозного

Гладит плечико в розовом,

Не смущаясь ничуть.

Немудрёная вроде бы

Наплывает мелодия,

Но берёт и уводит вдруг –

Просыпается дрожь.

Бесполезно упрямиться –

Он, конечно, останется.

Пусть картошка румянится,

А сгорит…

Ну так что ж.

Ничего необычного –

Исключительно личное.

Перед взглядом улыбчивым

Взгляда не отвернуть.

Без намёка серьёзного

Лучик солнца морозного

Гладит плечико в розовом,

Не смущаясь ничуть.

 

ТАТЬЯНИН ДЕНЬ

Как ни кинь, а быть мне пьяным.

Завтра – день святой Татьяны.

Завтра мне не отвертеться?

Я, да чтобы против сердца?! –

Ни за что! На том стою.

Как ни кинь, а завтра пью.

Есть обычай. И законный…

Ну, а я… Я чту законы.

На Татьяну – говорится –

Пить водицу не годится.

Так ведётся испокон…

Что сказать? – Хорош закон.

Я обычай не нарушу.

Тост мой первый – за Танюшу.

А за Танечку – второй.

Улыбнись, голубчик мой.

За Танюшку – третий тост.

Зло вино, – и я не прост.

Пусть придётся мне не сладко,

Но не выпить чтоб за Татку –

Грех велик. Собравшись с духом

Выпью стопку за Танюху,

А за Таньку, хоть умри,

Я обязан выпить три. 

 

СНЕГУРОЧКА

Над зимним лесом звёздный хоровод.

Лучистым звёздам в небе нет числа...

В краю лесном Снегурочка живёт.

Она нежна, застенчива, светла!

Под шубкой у Снегурочки – тепло.

И в рукавичках пальчики горят...

Её увидеть и – обжечь свой взгляд.

Её коснуться – и лишиться слов.

Мороз трещит и зажигает снег

Лучами бриллиантовых огней

По берегам заледенелых рек

Среди берёз и ивовых ветвей...

Под шубкой у Снегурочки – тепло

И в рукавичках пальчики горят.

Её увидеть – и обжечь свой взгляд.

Её коснуться – и лишиться слов.

А вот за ёлкой – заячьи следы.

А это – волчий под сосною след...

И тут и там Рождественской звезды

Снегурочкой запечатленный свет!

Под шубкой у Снегурочки – тепло

И в рукавичках пальчики горят.

Её увидеть – и обжечь свой взгляд.

Её коснуться – и лишиться слов.

Над зимним лесом звёздный хоровод.

Лучистым звёздам в небе нет числа...

В краю лесном Снегурочка живёт.

Она нежна, застенчива, светла! 

 

 

ЛЕЛЬ

Милый друг, за окошком зима.

Милый друг, там танцует метель...

Я закрыла глаза – алый мак,

Белокурый, улыбчивый Лель:

Васильковый безоблачный взгляд,

Заливается смехом свирель...

Всю меня от макушки до пят

Оплетает влюблённости хмель.

Покатился за лес красный круг.

Опустился на речку туман.

От касания ласковых рук

Растекается сладкий дурман...

Жадно к жарким губам я тянусь...

Но, куда же ты?  – Вот алый мак!

Я проснулась –

Лишь белая грусть...

Милый друг, за окошком зима.

 

 

 

СНЕЖНЫЕ ЦВЕТЫ

Это подает не снег –

Падают цветы.

Я счастливый человек:

У меня есть ты.

И прозрачны, и легки

Грёзы зимних снов

Под ногами лепестки

Сказочных цветов.

Мы идём в руке рука

В золотой закат

В белоснежных лепестках

С головы до пят.

Я счастливый человек –

У меня есть ты.

С неба падает не снег –

Падают цветы!

 

 ТЫ ПРИСЛУШАЙСЯ

Утро в стыни морозной...

Я и стынью согрет!

До макушки берёзы

Дотянулся рассвет.

Он всё выше и выше,

Вот и солнца лучи...

Ты прислушайся.

Слышишь?

Это сердце стучит!

Новый, яркий, студёный

Занимается день...

Я такой же влюблённый

В этот свет, в эту тень

От заснеженных вишен,

От застывших ракит...

Ты прислушайся.

Слышишь?

Это сердце стучит!

День хрустит под ногами,

Пышным снегом искрясь.

Мы не вспомним и сами,

Как вдруг искра зажглась.

Зацепился за крышу

Край закатной парчи...

Ты прислушайся.

Слышишь?

Это сердце стучит!

Ты прислушайся!   

⇐ Вернутся назад